Почему суд не стал лишил родительских прав полицейского, который зверски зарезал жену

У этой истории очень много пересечений с громким делом Риты Грачевой – молодой женщины из подмосковного Серпухова, которой не желавший разводиться муж отрубил кисти рук.

Полицейский (теперь уже бывший) Сергей Гусятников тоже не хотел расходиться с женой. Так сильно не хотел, что решил ее убить. Это случилось в новогодние праздники, пока вся страна охала от переизбытка оливье в организме и путешествовала по гостям.

«БОЛЬШЕ НЕ МОГУ, БУДЕМ РАСХОДИТЬСЯ»

– Когда умер мой муж, Леночке было всего 16, – рассказывает Анна Верба, мама погибшей женщины. – Мы тогда жили в Торжке Тверской области. Потом мы с ней переехали в Солнечногорск. Денег не хватало, поэтому она очень рано пошла работать. Устроилась менеджером в большой мебельный гипермаркет. Когда ей исполнилось 18, она встретила Сергея. Он был на десять лет старше. Работал в Госнаркоконтроле. Лена ему очень понравилась: работящая, неглупая. Она нас потом познакомила, Сергей бывал у нас дома. Она не сразу решила, что выйдет за него замуж. Но он мне еще на первой нашей встрече сказал: «Я буду добиваться вашей дочери!» В итоге они и поженились. Гусятников переехал к нам на съемную квартиру. Несколько лет жили вместе. И даже какое-то время, когда у них сынок родился. А потом они решили брать ипотеку.

Новостройка в окрестностях Зеленограда. Двухкомнатная квартира и ежемесячный платеж в 40 тысяч рублей.

– Поначалу они жили очень хорошо. Но со временем Лена в Сергее разочаровалась. Она мне говорила, что устала от его безынициативности. Сама Лена работала на двух работах, чтобы деньги на кредит были, чтобы ребенка можно было летом к морю свозить, машину мечтала купить. Дочь хотела, чтобы Сергей нашел высокооплачиваемую работу, а он не хотел уходить со службы…

После расформирования ФСКН (Федеральной службы по контролю за наркотиками) Сергей перешел в систему МВД, в Главное управление по контролю за оборотом наркотиков. Один из его приятелей рассказал, что Гусятников рассчитывал, что скоро выйдет на пенсию – после 20 лет выслуги.

Разумеется, Гусятников чувствовал, что жена охладела. Летом прошло года на одном из семейных праздников закатил сцену, приревновав Лену к ее же крестнику, 19-летнему парню. Это был переломный момент. После этого Елена с ребенком уехала отдыхать в Турцию, Сергей слала ей смски, умоляя простить. А жена прислала ему с берега Средиземного моря сообщение: «Больше не могу, будем расходиться».

«ПАПА ПОЛИЦЕЙСКИЙ. ОН ЗНАЕТ, ЧТО ДЕЛАТЬ»

Когда жена с сыном вернулись, Гусятников предпринял попытку помириться. Но странным способом. На даче пригласил Елену прогуляться по лесу. А там, подальше от чужих глаз, напал. Повалил на землю, приставил к горлу нож, угрожал. Но потом все-таки отпустил.

– Лена ходила в травмпункт, подала заявление в полицию. Участковый ограничился воспитательной беседой, не стал заводить против коллеги, Сергея Гусятникова, дело, – рассказывает Анна Верба.

Официально не развелись. Сыну ничего не сказали. Разъехаться не получилось – каждому было некуда идти. Жить пришлось в соседних комнатах, как соседям. Квартира-то ипотечная! Это долгая и мутная процедура, когда такое жилье начинают делить бывшие супруги.

– Сергей мне звонил, говорил, что хочет сохранить семью, – рассказывает мне Анна Верба.

А в ночь на 5 января он (я напомню: на тот момент – действующий сотрудник полиции) свою любимую женщину жестоко зарезал. 48 ударом ножом!

Пока Елена истекала кровью, Сергей тихо вышел из квартиры и уехал. По версии следствия, он пытался создать себе алиби. Якобы дома он в тот день не ночевал.

Около девяти часов утра проснулся 7-летний Дима (имя изменено). В доме было тихо, и мальчик пошел будить маму. Зашел в родительскую спальню. Мама лежала на кровати с открытыми глазами, постель вся красная. Он звал ее, звал, но Елена молчала.

– Дима мне потом несколько раз рассказывал про этот момент, – говорит Анна Верба. – «Я очень сильно испугался. Я не стал трогать маму и убежал. Сидел в своей комнате и начал думать, кому звонить. Подумал, что надо звонить папе, он же полицейский, он должен знать, что теперь делать…»

Своим детским воображением Дима придумал: мама просто «порезалась» и уснула.

Приехал Сергей. Вызвал скорую и полицию. Сначала рассказывал, что ничего не знает, но на допросе признался: да, это я ее…

ПРЕКРАСНЫЙ ОТЕЦ

Это, конечно, странно, но маленький Дима после этой трагедии оказался у… родных Сергея Гусятникова. Матери погибшей Елены Вербы Анне пришлось возвращать внука с помощью органов опеки. С марта она стала официальным опекуном Димы.

Сложно себе представить, что пережила Анна. Она потеряла дочь. И после этого ей еще предстояло объяснять Диме, что его мамы больше нет…

– Мы не сразу сказали, – говорит женщина. – Боялись. Сначала говорили, что мама попала в больницу, но позвонить ей нельзя, потому что телефон у врачей… Много обсуждали с психологом этот момент. Специалист сказал: тянуть больше нельзя, мальчик живет надеждами, это очень жестоко. И я сказала. Я не хочу говорить, что было с ребенком… Потом мы привозили Диму на кладбище, показывали могилу Лены. Но внук по маме по-прежнему тоскует. Иногда говорит: «Бабушка, я так сильно скучаю, хочу хотя бы услышать мамин голос…» Мы много лечились, ходили к специалистам.

– Об отце вспоминает?

– Психологи говорят, что дети проще переносят стрессы. Да, про отца он вспоминает иногда. Точнее, не персонально про Сергея, а про маму с папой, про семью: как они ездили туда-то, туда-то.

Дело движется к суду (см. «Официально»). 38-летний Сергей Гусятников свою вину признает. Однако экс-полицейский может расчитывать на серьезное сокращение итогового срока. Потому что у него, как ни странно, есть смягчающие обстоятельства. Одно из них – несовершеннолетний ребенок, который де-юре находится у отца на иждивении. Анна Верба подавала иск в суд, просила лишить Гусятникова родительских прав. Но Зеленоградский суд иск отклонил.

– Адвокат принес характеристику из школы, где учится Дима – что папа часто приезжал за мальчиком и никто из учителей ничего плохого про него сказать не может, – рассказывает Анна. – Но простите: человек убил мать своего ребенка и ушел, чтобы исколотое ножом тело Елены нашел его малолетний сын! И это – прекрасный отец?

В этом дело Елены Вербы тоже похоже на историю Риты Грачевой. Серпуховский суд решил не лишать садиста, отрубившего жене руки, родительских прав. То есть – тоже дал ему шанс получить скидку по сроку.

ОФИЦИАЛЬНО

– В ближайшее время следователь планирует предъявить Сергею Гусятникову обвинение в окончательной редакции, – сообщила «КП» старший помощник руководителя Следственного комитета Московской области Ольга Врадий. – Расследование будет завершено в течение месяца. После утверждения в прокуратуре дело должно быть передано в суд.

КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС

По словам Анны Вербы, вот уже почти полгода она не имеет доступа в квартиру, которая принадлежит ее дочери. Ключи – только у родственников Гусятникова.

– Сестра Сергея пыталась вывезти из квартиры все вещи, – говорит женщина. – Хорошо, нам соседи сообщили об этом. Приехали, вызвали полицию. Процесс перевозки вещей на тот момент остановили, но ключи нам так и не дали. А ведь в квартире много вещей Димы, которые нам сейчас нужны. Войти в квартиру не может даже опека, которая согласно документам «должна проверять сохранность имущества ребенка». Все это очень странно.

Log in with your credentials

Forgot your details?